Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
20:21 

Игровые материалы

Св.
пренебречь, вальсируем
То из написанного и вброшенного в игру, что может быть интересно игрокам. Если хочется еще каких-то подробностей - спрашивайте.

Дорогой Джон

Надеюсь, ты находишься в добром здравии и выполняешь свой долг перед отечеством так, как подобает настоящему джентльмену и офицеру несмотря на трудности и жизненные испытания. Но даже в самые тяжелые времена, вне зависимости от обстоятельств, истинному джентльмену следует помнить откуда он родом и кто его семья. Это поможет ему удержаться от бесчестных поступков и опрометчивых решений, которые могут бросить тень не только на него самого, но и на его родных. Не стоит так же забывать, мой дорогой сын, что не только личные поступки человека определяют его положение в обществе, но и поступки тех людей, в чьем окружении он пребывает.
Не могу не выразить обеспокоенность растущем среди молодых людей увлечением магией. Мода эта как зараза проникает в умы даже почтенных людей, хотя ремесло магии, даже при всей своей практичности, не добавляет человеку ни чести ни достоинства. Если среди жителей колоний когда-нибудь и появятся свои волшебники, то не думаю, что в них будет великая надобность, так как нет такой задачи, с которой люди не смогли бы справиться своим умом и руками, не прибегая к уловкам и обману законов природы и Господа Бога. Верю, что твоей разумности хватит, чтобы обойти стороной это пагубную тему и уделить все свое внимание задачам более важным.
А именно, стоит тебе знать, что в данный момент, на фоне последних событий, главнокомандующий Вашингтон обладает очень слабой поддержкой в Конгрессе. Зная твою искреннюю любовь и привязанность к этому человеку, советую тебе обратить внимание на то, что говорят вокруг него его же собственные подчиненные. До меня и, что самое прискорбное, до Конгресса дошли слухи, что твой друг, полковник Гамильтон позволял себе скандальные и возмутительные высказывания. Он публично призывал распустить Конгресс, от которого якобы все равно нет никакого толка, и наделить всей полнотой власти Вашингтона, сделав, его по сути, диктатором. Правда ли это? Я не предал бы этим словам должного значения, так как недостойно джентльмена распускать пустые слухи, если бы эти новости не принес уважаемый человек и слуга божий мистер Гордон. Стоит ли говорить, какую опасность несут такие слова и для главнокомандующего и для тебя самого?

Твой отец.
Генри Лоуренс


13 октября, Нью-Джерси

Дорогой Тилгман, я пользуюсь возможностью передать тебе весточку с майором Стивенсом, которого утром освободят по обмену. Прости, что не предаюсь любезностям и перехожу сразу к делу; сам видишь, места на этом листке немного, и сама возможность писать уже чудо. Если есть у тебя хоть какая-то воля и внимание ген. Ваш. Говорят, что британцы заключили с нами договор о должном обращении с пленными; если так, то надеюсь, что британские пленные содержатся в таком же аду, как мы. Я не видел дневного света уже восемь дней, нас не выпускают из трюма. Спим спина к спине. Еду такую я не дал бы и свинье. И больные… Тилгман, я думал, что можно перестать чувствовать дурной запах, но запах гангрены, и телесных выделений, и всего, что следует за болезнью, не перестаешь чувствовать, даже когда он вокруг тебя всегда. Не знаю уж, зачем пишу это тебе, но здесь, в чреве кита, теряешь всякую надежду. Да и кому мне еще писать, сам знаешь, семьи у меня не осталось… Я пока здоров, но здесь и о здоровье забываешь. Вспоминаю часто дни службы, наши “шелковые чулки”. Прощай, дружище, искренне и всегда твой
Ричард Вестон

Приписка другой рукой:
Майор Стивенс скончался через два дня после обмена от дизентерии, которую получил еще в плену. Как его душеприказчик, я нашел это письмо в его вещах и отправляю адресату. Др. Б. Раш


Дорогой маркиз де Ла Файет

Позвольте выразить вам свое глубокое уважение и почтение. Здесь с Филадельфии, откуда я пишу эти строки, все мы с пристальным вниманием следим за головокружительными успехами вашей карьеры с тех самых пор как ваша нога впервые ступила на землю Америки. Выприятно удивились бы узнав, как часто почтенные мужи в Конгрессе вспоминают на заседаниях ваше имя и восхищаются вашими подвигами. И то есть не только пустая похвала.
В этот час, когда мы находимся в самом центре кровопролитного конфликта, нашей армии как никогда нужны талантливые офицеры и полководцы, которые собственным примером мужества зажгли бы огонь с сердцах простых солдат, и повели бы их к славе и победе.

Маркиз, я родился на другой земле, однако волею судьбы мне выпало служить королю Людовику верой и правдой долгие годы как и вам. Может быть мы не кровные братья, но нас вырастило и вскормило одно отечество. Теперь же и вы и я любим одну страну и одну землю, а которую оба без промедления отдадим свои жизни.

Учитываю вашу прозорливость, я уверен вы знаете, что перед конгрессом сейчас стоит трудный вопрос. Страдая от присутствия британской армии на территории американских колоний, мы все еще остаемся уязвимы перед провинцией Канада, которая отказалась поддержать нас в войне, и на территории которой базируются британские войска. Этот вопрос висит над нами с начала войны как Домоклов меч, и когда Конгресс удостоил меня честью, испросив моего мнения, я не отмалчивался.

А мнение мое было таково, что следует направить на север наши войска в достаточном количестве, чтобы покорить Квебек и Монреаль и развеять угрозу с севера. Этим войскам потребуется достойный командир. И когда Конгресс поинтересовался кем же может быть тот достойный человек, я немедля предложил вашу кандидатуру.

В континентальной армии, несомненно, достаточно достойных офицеров, которые подошли бы на эту роль, но насколько мне известно на всех на них и без того лежит груз ответсвенности за свои части. А вам, если я не ошибаюсь, до сих пор не было назначено никакого постоянного командования. Время идет, дорогой маркиз, и неизвестно когда еще вам выпадет такая уникальная возможность проявить весь свой талант на поле боя, удерживая в руках реальное командование. Весь конгресс и я надемся, что вы примите это предложение в ближайше время.

Ваш почтенный слуга

генерал-майор Томас Конвей


Книга о магических принципах, сочинение основанное на заметках Екатерины Уинчестерской, переписанных и дополненных Жаком Белазисом в 1603году.

О заклинаниях в целом:
Флорилегий, эпитом и скиммер — названия частей заклинания.
Эпитом — концентрированная форма заклинания внутри другого заклинания, используемая для усиления его силы. Эпитом сохранения и избавления защищает волшебника от вызываемых духов.
Скиммер (североанглийское «оживлять, сверкать») — слова или амулеты. Скиммер мольбы используется для задабривания вызываемых духов.

О видении на расстоянии:
Король-ворон и другие ауреаты умели отыскивать людей и предметы с помощью колдовства. Насколько я понимаю, они пользовались серебряной чашей. Поверхность воды делили на четверти светящимися линиями. Четверти представляют Небеса, Ад, Землю и Страну фей. Для определения четверти, в которой находится человек или вещь, применяется заклинание выбора.

О принципе подобия:
Как считает Грегори Авессалом, самым важным в создании подобия является достоверное его изображение. Чем точнее маг понимает суть вещи, чем лучше видит её устройство, тем точнее будет его иллюзия. С точки зрения волшебников золотого века, остальное при сотворении этого заклинания считается неважным. Для создания изображения можно использовать любые подручные предметы, принадлежащие волшебнику. Материал для создания так же может быть любым. По тому же Авессалому, размер копируемого предмета ограничен только личной магической силой колдующего и его воображением.

О заклинаниях изменения состояния:
Естественное состояние любого материального предмета может быть изменено, что с блеском было продемонстрировано Мартином Пейлом на магическом собрании в Дорчестере в 1501 году. Им были предоставлены удивительные доказательства, что любой предмет может быть необратимо изменён, а затем восстановлен при помощи сил стихий. К сожалению, не сохранились точные заклинания, которые им применялись, но сохранились изображения для вызова соответствующих сил. См.
drive.google.com/open?id=0BzPNCnVFCY_SM2JjbFJWU...


О принципах призыва:
Как известно, использующееся в основном Заклинание Ормскирка столь расплывчато, что вызываемый волен явиться, когда заблагорассудится, и счесть свои обязательства исполненными.
Призвать можно призрака, духа или эльфа. Стоит помнить о трёх элементах английского заклинания вызова. Посланец находит вызываемого, тропа приводит его к тому, кто творит заклинание, а подарок (или дар) обязывает вызываемого предстать перед чародеем.
Для того чтобы всё таки хоть как-то ограничить время, мы рекомендуем использовать свечу, например, волшебник может приказать вызываемому явиться, когда свеча потухнет.
Для изгнания кого бы то ни было, будь то мстительный дух, либо влюблённый эльф, нужно знать имя преследующего и причину.

О сути разрушения:
Так как разрушение есть изменения состояния объекта, совершить его личной силой мага, без призыва стихий, крайне сложно и занимает большое количество времени. Чем больше изменяемый объект, тем больше требуется времени на сотворение. Так Король-ворон, желая стереть замок одного из своих врагов с лица земли, потратил на посвящённый этому ритуал и соответствующие заклинания и песнопения три дня. Подробнее об этих песнях смотри в “Откровениях о тридцати шести иных мирах” Париса Ормскирка.

О короле-вороне:
В середине тринадцатого века некоторые из врагов Короля заключили против него союз. Среди них были старые недруги Короля, например, французский и шотландский монархи, а также некоторые недовольные эльфы, присвоившие себе звучные титулы и владевшие — а может, и нет — обширными землями. Были и другие персонажи, более загадочные и более могущественные. На протяжении почти всего своего правления Король поддерживал добрые отношения с ангелами и демонами, но в то время, как гласят слухи, он поссорился с двумя: Задкилем, управлявшим милосердием, и Алринахом, ответственным за кораблекрушения.
Судя по всему, Короля не особенно беспокоили происки недругов. Однако вскоре некие магические знамения показали, что к врагам тайно примкнул и один из его приближенных. Подозрение пало на Роберта Барбатуса, графа Уорфдейлского, человека стиль изворотливого и хитрого, что его даже прозвали Лисом. В глазах Короля не было преступления тяжелее предательства.
Когда старший сын Лиса, Генри Барбатус, умер от лихорадки, Король-ворон извлек из могилы его тело и оживил, чтобы допросить. Томас Дандейл и Уильям Ланчестер, считавшие такие методы недолжными, молили Короля испробовать другие средства, однако не смогли разубедить разгневанного владыку. Того же результата можно было добиться множеством способом, но все они требовали времени и уступали в точности, а Король-ворон, как все великие волшебники, превыше всего ценил практичность.
Говорят, разозлившись, Король-ворон даже ударил Генри Барбатуса. При жизни Генри был красивым и отважным юношей. То, что Король превратил доблестного рыцаря в хнычущую куклу, послужило причиной многолетней ссоры между ним и Уильямом Ланчестером.

О принципах общения на расстоянии:
Мартин Пейл, отправляя письма своему ученику по имени Фрэнсис Певенси, использовал магию, так как эти письма содержали информацию, которая не должна была стать известна никому, кроме адресата. Когда эти письма были найдены, после смерти Певенси, все отметили одну особенность - все они были сложены особым образом в форме птиц. Но неизвестно, является ли это приметой магии Пейла или просто причудой Певенси.

О принципах подобия
Маги прошлого утверждают, что чем точнее изображения предмета/объекта с которым работают или воспроизводимого действия, тем лучше результат. Зачастую магу приходится изображать нужное действие, например для производства заклинания “тысячи стрел” магу не нужно выпускать всю тысячу стрел из настоящего лука, но во время ритуала необходимо как можно точнее передать движения лучника.

О договоре с деревьями:
Плющ обещал, что свяжет врагов Англии,
Шиповник и терн обещались их отстегать,
Боярышник сказал, что ответит на все вопросы,
Береза откроет двери в другие страны,
Тис дал нам оружие,
Ворон растерзал наших врагов,
Дуб стоял на дозоре,
Дождь смывал все печали.
Предположительно в этой традиционной английской присказке перечислены пункты договора, заключенного от имени английского народа Джоном Аскглассом, Королем-вороном, с лесами.

О геометрических принципах:
Чем сложнее заклинание, чем больший эффект маг хочет получить от ритуала, тем сложнее должны быть вбираемые им контуры для заключения магической силы.

Выпуски газет


Зарождение американской магии:

@темы: [Wonders great and small]

Комментарии
2017-04-27 в 00:21 

Kasem
Письмо маркизу де Ла Файету от генерала Томаса Конвея
Вот же прохиндей. "Уникальная возможность", "вскормило одно отечество".

   

Чудеса великие и малые

главная